Всякий, кто дал себе труд задуматься над современным русским национализмом, наверняка обратил внимание на любопытный парадокс. С одной стороны, именно эта идеология шире всего распространена в стране. И в реальности, и в Интернете националистические лозунги можно встретить намного чаще, чем коммунистические, социалистические, либеральные или какие-то ещё. Но при этом политически национализм чрезвычайно слаб. И коммунисты, и либералы представляют собой пусть небольшую, но силу. Националисты же – просто аморфная масса, и непохоже, чтобы такое положение дел изменилось в обозримом будущем.
В чём причина? Для ответа на этот вопрос стоит повнимательнее присмотреться к русскому национализму. Точнее, к тому явлению, которое у нас в стране называется этим словом. На самом деле это, собственно, не национализм (его в России нет и быть не может - а почему, об этом ниже), а, скорее, стремление к национализму, порыв к нему. Но что порождает его? Какова его суть?
Вот, допустим, говорит некто: "Россия - для русских!". Или там: "России - русскую власть!". Мы, коммунисты, смеёмся, ибо это и в самом деле смешно. Ведь очевидно, что среди правящей элиты (и в бизнесе, и в государственном аппарате, и в силовых структурах) этнические русские составляют большинство, а другие национальности в России никаких особых преимуществ перед русскими не имеют. Так чего орать-то?
Но, как известно, не так уж важно, что человек говорит - гораздо важнее, что он хочет сказать. Нужно понять, почему, во-первых, многие требуют "России для русских", а во-вторых, эти призывы пользуются такой популярностью (а ведь пользуются же!). Попробую предложить своё объяснение.
Рядовой житель России - кто смутно, кто более-менее ясно - осознаёт две вещи. Первое: всё в стране принадлежит власти, а не ему, и всё (включая его самого) полностью от этой власти зависит. Второе: эта власть ему абсолютно чужда, он её источником ни в какой мере не является (таких идиотов, которые бы придавали выборам какое-то значение, в стране осталось не много).
Здесь логическая цепочка проста. Я - русский, и вокруг меня тоже русские. А власть для нас - чужая. Следовательно, она не русская. Надо, чтобы она была русской, то есть нашей, то есть исходила от нас. Впрочем, в большинстве случаев всё это - на уровне чувств, а не рассуждений.
Здесь видно, насколько Россия отстала от передовых стран. Французы, к примеру, ещё в конце XVIII века сообразили, что единственным источником власти может быть только нация (здесь и далее под этим словом подразумевается совокупность граждан страны, и ничто иное). Любая власть, ставящая себя вне нации и над ней, уже в силу этого преступна. Монархия Бурбонов подлежит безусловному уничтожению (а сам монарх – казни), поскольку французские короли считают источником своей власти божье помазание, а не волю народа. До наших сограждан та же мысль начинает с огромным трудом доходить только сейчас. Да и то она часто оборачивается призывом очистить Россию от черножопых. К сожалению, политической культуре нам ещё учиться и учиться.
Классический национализм для России вещь нетрадиционная. Традиционно здесь другое - представление о власти как о чём-то данном свыше. В нашей стране принято мечтать о добром царе, но редко кто помышляет о том, чтобы обойтись вообще без царя («царя», разумеется, в широком смысле слова). Путин, собственно, на этом и выехал, на этом и держится столько лет. В народе он кому-то нравится, кому-то не очень, но все воспринимают его как нечто непреложное – как жару летом и холод зимой. Путин - это власть, и уже в силу этого его надо терпеть. Как же без власти-то? А другой ещё хуже будет. Думаю, не будет грехом назвать такую систему взглядов путинизмом.
А национализм… Это, конечно, идеология отсталая, буржуазная и реакционная. Но, к сожалению, не для России. По сравнению с господствующим здесь путинизмом даже национализм относительно прогрессивен - как ни дико это звучит. Он хотя бы демократичен, большая часть его сторонников смутно сознаёт, что единственным источником власти может быть только нация.
Проблема в том, что нации-то и нет. Как этнос русские, конечно, существуют, но не как нация. Нация есть явление политическое, и её бытие протекает только в этом «измерении». В России же политика и народные массы существуют сами по себе, никак не соприкасаясь. Народ раздроблен, дезорганизован, а единственное организующее начало - государство, тот самый Путин-батюшка. Негосударственных структур нет. Более того, сама власть прилагает огромные усилия к тому, чтобы не дать им появиться. Она твёрдо намерена любой ценой остаться в России единственным организатором, и потому занимается в основном дезорганизацией. Всё, что угодно – только не появление конкурентов (а любая независимая от власти структура для неё потенциальный конкурент).
Так что все призывы к русским сплотиться и дать кому-нибудь отпор пропадают втуне – вот уже не первое десятилетие. И будут пропадать. На основе чего русские могут сплотиться? В существующих условиях единственным центром сплочения может быть только государство, и без него ничто же не бысть, иже бысть. А для существования полноценного национализма нужно, как минимум, наличие нации.
Другая проблема нашего недонационализма - глупость. Сами по себе националисты могут быть и умными людьми, но как националисты они - глупы. Всякому мало-мальски разумному человеку очевидно, что они в силу своих взглядов не могут не выступать против государства. Они, собственно, и пытаются выступать - но так и не могут до конца отмежеваться от него, перестать считать его "своим". Вспомним недавние события в Приморье и тот восторг, который вызвало на националистических сайтах и форумах уничтожение милиционеров – представителей государственной власти. Однако в то же самое время крайне трудно найти такого националиста, который произносил бы без восторженного придыхания слова "русский солдат" или "русский офицер" (пишут они это, как правило, с заглавных букв). Но ведь дураку должно быть ясно: солдаты и офицеры в России служат власти, выполняют любые её приказы, и уже поэтому враждебны народу. Точно так же националисты бурно приветствуют усиление российского государства – своего естественного врага – на международной арене. И оплакивают его ослабление. Разумеется, не все русские националисты таковы – среди них есть и вполне разумные, но большая их часть всё ещё продолжает в значительной мере отождествлять себя с государством. А в политике не может быть зрелища более смешного и жалкого, чем попытка быть одновременно и за власть, и против неё.
Подводя итоги, можно сказать: некоторые прогрессивные черты у наших националистов есть. Впрочем, на фоне до предела реакционной российской квазимонархии очень многое будет выглядеть прогрессивным. А вот перспектив у них, скорее всего, нет. И нет вовсе не потому, что их идеология невнятна и непоследовательна – это не причина, а следствие. Истинная причина состоит в отсутствии социальной базы для национализма. Можно долго спорить, нет ли в России этой базы «ещё» или «уже», но факт остаётся фактом.
Вероятнее всего, власть сможет использовать националистов для решения каких-то не очень значительных задач - а в других случаях они ей подпортят немного крови. На что-то большее они вряд ли способны.
Главная
